Упавшая с небес (johanajollygirl) wrote,
Упавшая с небес
johanajollygirl

  • Mood:

Богословское и духовное значение явлений Богородицы в свете Фатимского послания

Доклад c. Аленки Арко, прочитанный ею на Пастырской конференции Преображенской епархии в Новосибирске 10 октября 2017 года.

Явления личности потустороннего мира, к которым причисляем и явления Богородицы, хотя они засвидетельствованы в самой Библии, прежде всего явления Воскресшего Иисуса в Евангелиях, а также в Деяниях апостолов Стефану (7, 55-56); Петру (10, 9-16) и Павлу (9, 3-6), никогда не привлекали особого внимания Учительства Церкви и богословия. Учительство Церкви и богословие скорее должны были дать свою оценку, подтвердить или отвергнуть подлинность явлений, и только эта необходимость привела также к богословскому размышлению над подобным феноменом.

Рене Лоретэн (2008, 5) в Предисловии к «Словарю чудес и экстраординарных христианских реальностей», пишет: «Церковь не культивирует чудо. Она боится его, вытесняет его, и в большинстве случаев скрывает его как помеху или нежелательный занавес между личностью, с одной стороны, и верой и таинствами, с другой. В этом она следует Библии…». Видения, явления и вообще чудеса – это некий безвозмездный преизбыток, который требует смиренного распознавания. На этом фоне понятно, почему Учительство Церкви и богословие больше подчеркивают границы, чем ценность явлений. А именно в таком подходе проявляется пастырская мудрость, т.е. желание не увеличивать жажду необычного, перед которой предостерегает уже апостол Павел (ср. 2 Тим 4, 3-4), так как нам ординарным путем дано все, что нам необходимо для спасения. Это, однако, не отрицает возможности сверхъестественных вмешательств Бога в историю и их значимость для судьбы отдельного человека, Церкви и человечества. Итак, задается вопрос – как нам все же смотреть на феномен явлений, как их определить с психологической, богословской и духовной точки зрения? Какое место они занимают в жизни христианского народа?

1. Психологический аспект явления

Во-первых, стоить отличать явление от видения или разговора души с Богом, с Богородицей или святыми. Эти последние могут быть чисто внутренним процессом, который не предполагает реального присутствия увиденного предмета или личности, то есть обладают символическим характером (ср. напр. видение Петра нечистых животных в Деян 10, 11-16). Явление, наоборот, – это чувственное восприятие сверхъестественного мира, вмешательство, вторжение личностей из потустороннего мира или реже небесных реальностей (знамения с неба, космические явления) в обеденную жизнь провидца. При этом он не теряет сознания, не переноситься в другое место или время (Barnay 1998, 119). Явление – это встреча двух личностей – Господа, Богородицы, ангела, святого и провидца.

Если мы хотим описать феномен явлений психологическим языком, мы можем сказать, что явления – это тот психический опыт, в котором личности, сами по себе не воспринимаемые зрительными и слуховыми способностями, несмотря на то, что они недоступны нормальному человеческому опыту, вступают сверхъестественным образом в сферу чувств (Rahner-Vorgrimler 1968, 42). Поэтому для явления важны два элемента: личность, которая нормально недоступна нашему чувственному опыту и которая, однако, воспринята чувственным способом, и чувство присутствия, т.е. уверенность со стороны провидца, что он в живом контакте с личностью, которую видит.

Кардинал Ратцингер в своем богословском комментарии, сопровождающем «раскрытие» третей части фатимской тайны, объясняет, что с антропологической точки зрения, явления – это нечто смежное между чувственным [visio sensibilis] и интеллектуальным восприятием [visio intellectualis], которое отличается в свою очередь от духовного видения, присущего мистическому опыту. Речь идет о неком внутреннем восприятии, которое для провидца становится также чувственным – и часто только для него (например, другие присутствующие не видят и не слышат то, что видит и слышит он), которое, однако, не фантазия. Скорее всего, душа провидца затронута сверхчувственной реальностью так, что она может видеть чувственным способом то, что само по себе не доступно для чувств. В богословии это называется видение внутренними чувствами[1]. Это возможно тогда, когда человек внутренне бдителен, т.е. внимателен по отношению к тому, что происходит внутри него, когда освобожден от давления внешних реальностей, от внешних образов и мыслей, которые обычно наполняют душу. В момент явления человек выведен за пределы внешнего и затронут самой глубокой реальностью, так что она для него становится зримой. Может быть, именно эта динамика объясняет, почему адресатами явлений становятся в первую очередь дети. Их душа еще достаточно чиста для того, чтобы могли вступить в такой процесс (Ratzinger 2000).

Факт того, что в явлениях задействованы внутренние чувства подразумевает также и ограничения. Уже в обычном, внешнем видении мы должны учитывать некую субъективную долю (одну и ту же реальность все не воспринимают одинаковым образом), потому что наши чувства переводят в образ то, что мы видим. Это еще сильнее, когда речь идет о внутреннем видении – человек может воспринять зримые реальности только в меру своих способностей восприятия (Ratzinger 2000), которые обусловленные опытом, знанием, восприимчивостью.

1.2 Богословский аспект явления

Во-первых, надо подчеркнуть, что для нас христиан единственное необходимое явление – это явление Иисуса Христа, центральное событие истории спасения (ср. Галл 4, 4). Христос – это полнота Откровения, Он «образ Бога невидимого» (Кол 1, 15). Новый завет использует слово «явление» (гр. epiphainia) для воплощения Христа (2 Тим 1, 9-10) и для Его второго пришествия (2 Тим 4, 1). Между первым и вторым явлением мы видим явления воскресшего Господа (ср. 1 Кор 15, 5-8). Итак, во Христе Откровение достигло своей вершины, Он – окончательное проявление образа Бога, поэтому значение всех явлений после «события Христос» относительно, т. е. нет никакой необходимости какого-либо дополнительного явления, которое добавило бы что-то к тому, что объявил Христос.

Это, однако, не исключает возможности дальнейших вмешательств Бога в историю, но не с целью Откровения, а с целью актуализации Откровения или углубления его понимания и смысла (ср. ККЦ 66; Ин 16, 12-14). В таком случае мы говорим об изъяснительном и пророческом откровении.

Итак, явления, после Пасхи Христа, с одной стороны, легитимны, с другой, наоборот, они дважды относительны.

Во-первых, они не могут претендовать на то, чтобы дополнить или заменить Откровение, которое достигло вершины и полноты во Христе, они могут быть только подчинены этому Откровению и должны быть проверены этим Откровением, поэтому их вероучительный авторитет существенно отличается от авторитета Откровения, которому должный безоговорочно подчиняться все верующие.

Во-вторых, явления всегда подчинены вере и совершенная вера не основана на явлениях, а на слушании и исполнении Слова (ср. Лк 11, 28). Верующий – это тот, кто исполняет волю Бога и не ищет никакой другой опоры своей веры. Апостол Павел предлагает как эталон веры ответ Авраама, который слышит повеление Господа, по человеческим меркам совсем невыполнимое – обещание потомства пожилому человеку и земли кочевнику, и слушается, не задавая никаких вопросов (ср. Рим 4, 13-25). Поэтому все явления после «события Христос», в том числе явления Богородицы, для христиан не существенны – человек может достичь спасения и без них. Для спасения, необходимо вручить свою жизнь в руки Бога, отдать Ему свою волю и свободу. Это, однако, не исключает позитивной ценности явлений, особенно некоторых, а именно таких как явления Богородицы в Лурде и Фатиме, подлинность которых Церковь не только подтвердила, но и положительно предложила вниманию верующих.

2.1 Частные откровения

Такие явления, начиная с К. Ранера, который в 1949 г. опубликовал две ключевые стати на эту тему[2], богословие определяет как частные откровения. Катехизис Католической Церкви в н. 67 уточняет, что, хотя «в ходе веков […] некоторые из них были признаны Церковью, они, тем не менее, не принадлежат к залогу веры. Их роль – не ‟улучшить” и не ‟дополнить” окончательное Откровение Христа, но помочь жить более полно в определенную историческую эпоху. Под руководством Учительства Церкви чувство веры верных умеет отличить и принять то, что в этих откровениях составляет истинный призыв Христа или святых Его, обращенный к Церкви».

В этом определении для нашей темы важно указание, что частные откровения не некие случайные дополнения публичного и окончательного Откровения, так как это обесценивало бы их, а что их цель «помочь жить более полно в определенную историческую эпоху» Откровение Христа. Факт, что Бог выбирает такой способ, т.е. сообщение своей спасительной воли через человеческих посредников (в случае богородичных явлений – посредством Марии), очередной раз подчеркивает ценность сотрудничества человека и роль духовных даров или харизм отдельным людям в деле спасения. Действительно, согласно Ранеру положительную роль частных откровений мы можем понять именно в рамках богословия харизм, дарованных отдельному члену общины на пользу всех (ср. LG 12).

Апостол Павел в Послании к Эфесянам пишет: «один Бог и Отец всех, Который над всеми [epi pantōn] и действует через всех [dia pantōn] и присутствует во всех [en pasin]» (4, 6) и этим выражает, что в церковной общине, Теле Христовом, по Божественному замыслу, каждый является посредником спасения для всех, каждый верующий является инструментом в руках Бога, единственного действующего во всех (Schlier 1973, 298). Бог Отец свободно выбирает своих сотрудников из народа Божия – пророков, апостолов, святых… для осуществления Своего замысла спасения, и они после свободного ответа на Его призыв в свою очередь воспринимают себя как «сотрудники Бога» (1 Кор 3, 9). И Богородица конечно самая близкая сотрудница Бога.

Итак, явления Богородицы тесно связаны с посредничеством Мария в деле спасения, которое нужно рассматривать именно в контексте богословия солидарности, экклезиологии общения. В Богородице мы можем, как в зеркале видеть наше призвание и путь осуществления нашего спасения, так как Она является в высшей степени избранным, свободным и ответственным инструментом Бога ради спасения человечества, как явствует из Ее сотрудничества со Святым Духом в зачатии человеческого естества Сына Божия (ср. Лк 1, 26-38). Ее сотрудничество, Ее synergeia – содействие по сей день продолжается в Ее духовном материнстве, выражением которого в том числе Ее явления на протяжении истории Церкви (De Fiores 2011, 48). Действительно, христианский народ воспринимает Богородицу как личность, как «живое ты», с которым можно вступит в доверительный диалог, исполненный любви.

Учитывая как относительный, так и положительный характер частных откровений, и их значение для определенного исторического момента (Rahner 1995, 50-52), нужно сказать, что они с одной стороны требуют подтверждения церковных властей, которые к этому вопросу относятся весьма трезво – из 295 зафиксированных явлений Богородицы в 40 разных странах на протяжении ХХ века Церковь признала подлинным только 11 (Billet 1990, 339-349), с другой стороны, нужно подчеркнуть, что они «обязывают» строго говоря, только того, кто их получил непосредственно. Для всех остальных они представляют помощь для принятия и жизни согласно единственному, общему для всех Откровению.

Итак, критерий истинности и ценности частного откровения – это его направленность на Христа. Это не исключает возможности того, что частное откровение ставит новые акценты, является источником новых форм благочестия или углубляет, расширяет прежние. Но при этом частное откровение должно всегда способствовать возрастанию веры, надежды и любви, т.е. добродетелям необходимым всем для спасения.

В связи с этим мы видим, что частные откровения с одной стороны, часто происходят из народного благочестия, в них мы можем обнаружить образы, характерные для него, призыв к его устойчивым практикам (нпр. молитва розария), с другой стороны, они также влияют на него, дают ему новые импульсы и новые формы. Народное благочестие является знаком того, что вера укоренилась в сердце отдельных народов, оно является первой и основной формой инкультурации веры, но народное благочестие всегда нуждается также во внимательном распознавании содержания и подлинных форм и выражений со стороны Учительства Церкви (ср. Павел VI).

В этом смысле частные откровения можно назвать также знамением времен. Знамение времени – это Христос и его путь. Понять знамение времен в свете веры – это узнать присутствие Христа в каждом историческом отрезке времени. В частных откровениях, подтвержденных Церковью, речь идет именно об этом: они помогают нам дать правильный ответ веры в определенный исторический момент (Ratzinger 2000). Поэтому они одновременно – дар Триединого Бога, опыт Его любящей заботы о своих сыновьях, знак Его присутствия в истории, призыв к верности требованиям и ценностям веры, а также предвосхищение будущего и окончательной встречи с Богом (Perella 2011, 252-454).

2.2 Герменевтика явлений

Что касается герменевтики явлений, то мы находим очень ценные указания в богословском комментарии к фатимской тайне кардинала Ратцингеря.

Во-первых, явления нужно прочитывать исключительно в символическом ключе. К такому подходу воспитывает нас Библия. Используемые в явлениях символы не только не являются реалистической фотографией или лентой будущих событиях. Образы, о которых сообщают провидцы «нельзя представлять себе так, как будто на мгновение приоткрылась завеса потустороннего мира, и небо показалось в своем чистом бытии, каким мы надеемся узреть его однажды, когда окончательно соединимся с Богом» (Ratzinger 2000). Речь идет скорее о трудно подающихся расшифровке образах, которые «синтезируют и резюмируют на общем фоне события, развертывающиеся во времени с неопределенной последовательностью и продолжительностью» (Sodano 2000). Зачастую их можно понять только после того, как они сбылись, причем не обязательно «в каждом элементе видения должен заключаться конкретный исторический смысл» (Ratzinger 2000). Смысл символа – указание воли Бога. Доказательство этому свидетельство с. Лусии, что она, во-первых, получила видение, но не его толкование, во-вторых, что «целью этих явлений было побудить к возрастанию в вере, надежде и любви – все остальное должно было привести лишь к этому» (Ratzinger 2000).

Во-вторых, явления обладают пророческим значением. С точки зрения Библии, можно легитимизировать частные откровения словами апостола Павла, из его первого послания и, может быть, самого древнего текста Нового Завета, т.е. Первого послания к Фессалоникийцам: «Духа не угашайте. Пророчества не уничижайте. Все испытывайте, хорошего держитесь» (5, 19-21). При этом надо подчеркнуть, что пророчество в Библии не значит предсказать будущее, а объяснить волю Бога для настоящего времени и указать верный путь в будущее. Если мы говорим, что явления обладают неким пророческим характером, то имеем в виду пророчество в смысле предупреждения о том, чем закончится жизнь, которая ведется далеко от Бога и от настоящей любви к ближнему, и к чему, наоборот приведет усилие для подлинной любви к Богу и ближнему. Это подтверждение указаний Евангелия и ничего другого, т.е. что образ жизни, закрытой в саму себя, ведет только к окончательной смерти без возможности выйти из нее, а открытость к торжеству жизни и общении.

Поэтому, явления часто носят апокалиптический характер, и это третий момент герменевтики явлений. Говоря о апокалиптическом характере, мы имеем в виду апокалиптический жанр, встречаемый в канонической апокалиптике, вошедшей в Библии, а не о апокалипсисах, возвещающих разрушение мира и пишущих точную географию потустороннего будущего в абсолютном отрыве с настоящей жизнью. В явлениях часто появляются апокалиптические персонажи (ангелы, демоны, Прекрасная Госпожа – Богородица, святые, …), космические элементы (солнце, луна, звезды), видения последних реальностей (суд, кровь, огонь, развращенный город, …). Намеки на конец времен подчеркивают решающее значение, важность текущего момента. История интерпретируется как борьба между добром и злом, грехом и милосердием, где, однако, существует уверенность в окончательной победе добра, которая не зависит от человеческих усилий. Это существенный элемент канонической апокалиптики (ср. камен отторгнувшийся от горы без содействия человека и разбивающий истукана – Дан 2, 34). Человеку остается «молиться», «умолять», «ходатайствовать, принося жертвы и обеты посвящения». Хосе Кристо-Рей предлагает толковать в апокалиптическом ключе также и слово Россия из третей части фатимской тайны. «Слово ‟Россия” следует отождествлять не с географической территорией, а с символом – апокалиптическим символом Вавилона, который говорит нам о грешной, развращенной цивилизации, политической системе. И его можно применить как к коммунизму, так и к нацизму, как к сталинизму, так и к гитлеризму. Всякая извращенная, насильственная и разрушительная система обозначена в этом понятии, которого не знали сами свидетели видения».

3. Значение явлений Богородицы

Явления Богородицы мы прослеживаем на протяжении всей истории Церкви. О них пишут уже отцы Церкви, т.е. христианские авторы первых столетий. Григорий Нисский говорит о явлении Богородицы Григорию Чудотворцу († около 270), о явлениях Богородицы пишут также Созомен в первой половине V века и Григорий Турский († 594). В XX в. мы наблюдаем некую эскалацию явлений, хотя вполне возможно, что это связано также с новыми возможностями коммуникации.

Явления Богородицы по сути актуализируют лик Марии, ее смиренный, решительный и искрений ответ веры на действие благодати. Богородица – икона веры, которая всегда вдохновляла Церковь, более того, она является иконой Церкви (Бенедикт XVI, Porta fidei 13). Поэтому не удивляет, что большинство явлений – это именно явления Богородицы. Ханс Урс Фон Бальтазар (1983, 19) пишет, что тот, кто удивляется этому факту «не понимает, кто такая на самом деле Мария. Она прообраз Церкви, Церкви в своей наичистейшей форме […] Мария не частное лицо. Она, могли бы сказать, вселенская личность […] как Раба Господня, во всем послушна Ему. Сейчас она в распоряжении Сына, чтобы открыть христианам, что такое Церковь по своей сути и чем должна быть […]. В Ней все является благодатью, и нет причин для того, чтобы не проявить миру это чудо Бога, восхищаться не самой собой, а открывать силу Бога и Своего собственного Сына»?

Итак, мы можем перечислить три значения явлений Богородицы:

а) явления Богородицы освещают ее личность и ее роль в соответствии с библейскими данными. Мария, хотя она в явлениях всегда является как Мать Иисуса, однако, не является личностью прошлого. Она живая личность, светлая, интересующаяся своими сыновьями и судьбой мира. S. De Fiores (1992, 356) пишет: «Прежде всего, Мария является не для того, чтобы провозгласить другое Евангелие, но чтобы оживить поведение и атмосферу, соответствующие единственному Евангелию. Она снова призывает к евангельским требованиям («молитва и покаяние»), вызывает чувство солидарности («нет никого, кто бы молился о них и жертвовал для них»), приводит к таинствам («хочу, чтобы построили часовню»). Мария продолжает быть рабой Господней и продолжает приводить людей к Нему. Ее явления оживляют Евангелие: обновляются обетования обращений и исцелений, снова множество людей радостно восклицают и молятся, возрождаются надежда и радость, прощены грехи, люди вновь слышат весть Христа. Санктуарии, такие как Лурд и Фатима, подтверждают эту перспективу».

б) явления Богородицы нужно рассматривать в тесной связи с Воскресением Христа и явлениями Воскресшего. Дева Мария уже прославлена в душе и теле – это смысл догмата об Успении Богородицы. Мария единственная помимо Христа в явлениях присутствует в теле, которое соответствует тем характеристикам воскресшего тела, которые приводит апостол Павел в 1 Кор 15, а именно, Ее тело нетленное, прославленное, способно сообщать жизнь – освобождать, охранять, исцелять, творить чудеса в пользу людей всех веков и всех местностей. Это заметно в том, как она является провидцем: она разговаривает на разных языках, и даже на диалекте (с Бернардеттой Субиру в 1858 г.), она неописуемо прекрасная, но в то же время одета в одеяния характерные для времени и местности, в котором происходит явление (Хуан Диего в 1531 г. в Гваделупе явилась в индейском костюме, Мелании и Максиму в 1864 г. в Ла Салетт она одета по-крестьянски). Различен также и возраст Богородицы – от 16 до 33 лет. Чтобы это было возможным, она должна присутствовать в мире действительным, но таинственным образом, реально, но не подвержена пространственно-временным законам.

в) явления Богородицы имеют значение для будущего Церкви и мира – это подготовка к будущему (в фатимских явлениях это особенно заметно) и связано с ролью Марии в последние времена. Некоторые святые объясняют конец света как эпоху окончательной борьбы между силами зла и добра, и как эпоху Святого Духа, Который сохранит избранных в их верности Христу. Мария тесно сотрудничает с Святым Духом в период подготовки к Парусии, к второму пришествию Христа. В явлениях Она открывает одновременно материнское и сострадательное лицо Бога Отца. Как Мать она выражение нежности Бога по отношению к человеку – Она принимает, утешает, ходатайствует. Но лицо Марии также озабочено, она плачет, даже кровавые слезы и этим выражает боль Бога Отца из-за непослушания, греха людей. Она глубоко сопереживает Ему, так как Сама под Крестом испытала боль из-за последствий такого поведения людей, т.е. из-за страдания того же Сына. Поэтому не удивляет, что в своих явлениях она призывает, увещевает к покаянию, обращению, молитве, к новой жизни. «Только когда мужчины и женщины покажут, что услышали ее призыв и стон, Мария, наверное, изменит свой тон, и на смену предупреждениям придет положительное, мудрое и тайноводственное учение» (De Fiores 2006, 59).

4. Канонический аспект явлений

Не существует некой устойчивой, официальной практики для подтверждения подлинности явлений. Церковь, прежде всего, как уже было сказано, с максимальной осторожностью смотрит на этот феномен. Однако, Конгрегация вероучения 25 февраля 1978 г. опубликовала конфиденциальную ноту, с которой устанавливает некоторые критерии для признания подлинности явлений. Этот документ никогда не был опубликован, даже в Acta Apostolicae Sedis, так как он предназначен для Пастырей и специалистов:

1. достаточная информация – тщательное изучение верных свидетельств,

2. правоверность содержания явлений – если их содержание противоречит Библии или Преданию, то это значит, что явление неподлинное, потому что Бог не может противоречить Самому себе;

3. прозрачность – содержание явлений должно касаться Бога, Церкви, спасения людей, мира, и никак не привлекать внимания на провидца или на какой-то обряд или странную идею;

4. знамения – чудеса, исцеления, обращения, необычные космические события – все это подтверждает, что речь идет действительно о явлении.

5. психическое здравие провидцев – врачи и психиатры должны установить психическое здравие, чтобы не путать явления с галлюцинациями;

6. плоды – это решительный критерий, ведь сам Иисус сказал – «по их плодам, вы узнаете их» (Мф 7,16). Существенный плод – это святость, в первую очередь, святость провидца, и положительное влияние на окружающую среду;

7. мнение Церкви – епископ поместной Церкви должен, во-первых, подтвердить наличие плодов и позволить культ, во-вторых, он должен высказаться по поводу подлинности явлении. Епископ обычно образует особую комиссию, которая рассматривает вышеуказанные пункты, и мнение которой он может принять или нет. В случае если он не согласен с заключением комиссии, он должен обратиться в Рим. Это особенно нужно тогда, когда феномен очень широко распространен или противоречив (Laurentin 2012, 38-40).

5. Как относиться к явлениям Богородицы?

C одной стороны, некоторые, прежде всего простые люди, сразу верят в еще не подтвержденные Церковью явления, с другой, некоторым более рациональным лицам очень трудно поверить в явления. Принципиально надо сказать, что, с одной стороны, нельзя отрицать возможности таких вмешательств Бога в историю, с другой, нужно всегда быть критическими по отношении к ним, сколько они согласуются с верой Церкви. Поэтому самое подходящее отношение к явлениям – это осторожная открытость.

По поводу свободы принять или не принять подлинность явлений стоит сказать, что явления, признанные Церковью как харизма, хотя и обязывают, строго говоря, только принявшего его, одновременно предложены вниманию всех верующих. Итак, тот, кто не принимает их или отрицает их подлинность, тот неким образом ставить под вопрос общественный, церковный характер своей жизни. То, что Церковь показывает как духовный дар, заслуживает принятия с благодарностью всеми Ее членами. Это знак открытости отдельного верующего для богатства Церкви и солидарности в ее миссии (Militello 2003, 53-259).

Библиография:

Balthasar H.U. von. Aprite i cuori all’Immacolata, ecco appare la Madre di Dio // Il Sabato (3-9 dicembre 1983).

Barnay S. Apparizioni / Vauchez A. (a cura di). Dizionario Enciclopedico del Medioevo. Vol. I. Roma: Città Nuova, 1998.

Billet B. Apparitions et manifestations de la Vierge Marie au XXe // Kecharitôménê. Mélanges René Laurentin. Paris: Desclée, 1990, P. 339-349.

De Fiores S. Maria Madre di Gesù. Sintesi storico-salvifica. Bologna: EDB, 1992.

——. Apparizioni / Id. Maria. Nuovissimo Dizionario . Bologna: EDB, 2006.

——. Perché Dio ci parla mediante Maria. Significato delle apparizioni mariane nel nostro tempo. Cinisello Balsamo (Mi): San Paolo, 2011.

Laurentin R. Multiplication des apparitions / Lauretin R., Sbalchiero P. (dir.). Dictionnaire des apparitions de la Vierge Marie. Paris: Fayard, 2012.

——. Prefazione / Sbalchiero P. (a cura di). Dizionario dei miracoli e dello straordinario cristiano. Vol. I. Bologna: EDB, 2008.

Militello C. La Chiesa “il corpo crismato”. Trattato di ecclesiologia. Bologna: EDB, 2003.

Perrella S. Impronte di Dio nella storia. Apparizioni e Mariofanie. Padova: Messaggero, 2011.

——. Apparizioni e mariofanie. Teologia, storia, verifica ecclesiale. Cinisello Balsamo (Vi):

Rahner K. Visioni e profezie. Mistica e esperienza della trascendenza. Milano: Vita e pensiero, 19952.

Rahner K.-Vorgrimler H. Apparizioni // Dizionario di teologia. Roma-Brescia: Herder-Morcelliana, 1968.

Ratzinger J. Commento teologico / Congregazione della dottrina della fede. Il Messaggio di Fatima. Ench.Vat. Vol. 19. Città del Vaticano: LEV, 2000. Aprite i cuori all’Immacolata, ecco appare la Madre di Dio, Il Sabato 3-9 dicembre 1983, 19

Schlier H. La lettera agli Efesini. Brescia: Paideia, 19732.



[1] Первый о внутренних чувствах говорил Ориген в начале III в. (ср. Rahner).

[2] Über Visionen und verwandte Erscheinungen // Geist und Leben. № 21. 1949. S. 179-213; Les révélations privées. Quelques remarques théologiques // Revue d’ascétique et mystique. № 25. 1949. P. 506-514.

Сибирская Католическая газета
Tags: Богородица, история, религия, религпросвет, святые, статьи, явления Богородицы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments