Упавшая с небес (johanajollygirl) wrote,
Упавшая с небес
johanajollygirl

  • Mood:

Явления – дело обычное

«Дева Мария явилась толпам верующих!» «Тайна Фатимы раскрыта!» «Мистические откровения!» Думаю, каждый из нас видел в религиозных (и не слишком) медиа подобные заголовки, выделенные крупным шрифтом и броскими иллюстрациями. В современной массовой культуре ближайший синоним слова «явления» — «сенсация». Исповеди, проповеди, катехизис, воскресная Месса – это привычно и немного скучно. А явления – так необычно! И все же сегодня, в столетнюю годовщину явлений Богородицы в Фатиме, мне хотелось бы поговорить о том, что явления – в том числе и явления Девы Марии – органичная часть христианской традиции, и в каком-то смысле явления – дело обычное.

Как все мы прекрасно помним, в Эдемском саду Бог ходил и непринужденно беседовал с Адамом между кустами райских яблок. С момента грехопадения человек неизбывно тоскует по тому прерванному разговору, и всякая молитва, всякое вслушивание в голос Божий — попытка возобновить эдемскую беседу. Мы ищем способы «достучаться до небес»; возможно, иногда наш слишком сильный стук в небесную дверь мешает услышать голос Бога, обращенный к человеку. Вся история – непрекращающееся явление Бога своему творению. Он стремится возобновить диалог, являясь нам бесконечным количеством способов: в громе и молнии, в дуновении тихого ветра, в слове Писания, в произведениях искусства, в верности супругов, в милосердии ближних, в Таинствах Церкви, в красоте природы… То, что мы привыкли называть «явлениями» — лишь один из таких способов общения, один из «языков», на котором Бог обращается к человеку и призывает его к Себе.

Немного теории, или что говорит церковное учение

На протяжении своей истории церковь четко определила свое отношение к тому, как воспринимать обращенные к отдельным людям или группам верующих божественные видения и послания. Суть этой позиции в том, что для нашего спасения необходимым и достаточным является Откровение Христа. Все остальное – лишь вспомогательные средства, весьма полезные, но не обязательные. Вот какую формулировку дает Катехизис:

ККЦ, п.65: «Христос, Сын Божий, ставший человеком, есть Единое и непревосходимое Слово Отца. В Нем Он говорит все, и не будет другого Слова, кроме этого».
ККЦ, п. 66: «.. И все-таки, если Откровение завершено, оно не полностью доступно нашему пониманию; христианской вере предстоит на протяжении веков проникать постепенно в глубины его смысла».
ККЦ, п. 67: «В ходе веков бывали откровения, называемые «частными», некоторые из них были признаны Церковью. Их роль – не улучшить или дополнить откровение Христа, но помочь жить более полно в определенную историческую эпоху. Под руководством Учительства Церкви интуиция верующих умеет отличить и принять то, что в этих откровениях составляет истинный призыв Христа или святых Его, обращенный к Церкви».

Кардинал Ратцингер, будущий папа Бенедикт XVI, называл частные откровения «знаками времен, помогающими распознавать присутствие Бога в данной конкретной эпохе». («Послание Фатимы», 2000 г.)
Многообразие частных откровений церковная традиция разделяет на три категории, исходя из способа восприятия: visio sensibilis (чувственное восприятие, «явления» в привычном смысле слова), visio imaginativa (внутреннее восприятие откровения, не облеченного в образы или слова) и visio intellectualis (мистическое видение божественной реальности «очами души», превосходящими обычные человеческие чувства).
Важно помнить, что «частные откровения» не суть «фотографии» божественной реальности: обращенные к нам послания Христа, Богородицы и святых облечены в те образы и формы, которые присутствуют в культуре конкретного визионера.

… и немного священной истории

Нередко, особенно от братьев-христиан других конфессий можно услышать мнение, будто явления («частные откровения») характерны именно для западной католической культуры. Однако самый беглый взгляд показывает, что корни «культуры явлений» уходят в Ветхий Завет. Авторы, писавшие книги Ветхого завета, донесли до нас характерное для своей эпохи убеждение, что Бога невозможно увидеть лицом к лицу и остаться в живых; поэтому чаще всего библейские персонажи слышат глас Божий или видят ангелов, «опосредующих» божественное присутствие. Невозможно в рамках небольшой заметки вспомнить все подобные эпизоды, поэтому я остановлюсь лишь на одной, но очень характерной встрече.

Речь идет о явлении трех мужей Аврааму у дубравы Мамре, которое традиционно трактуется как явление Бога Троицы. Это отнюдь не первый случай общения Аврама – Авраама с Господом; к тому же, кроме самого патриарха с Богом общаются члены его семьи, притом женщины – Сара-Сарра и наложница Агарь. Но во встрече у Мамре есть нечто, что впоследствии будет многократно повторяться в явлениях, уже более близких нашему времени.
- Бог приходит к Аврааму посреди ежедневных дел и забот, приходит тогда, когда человек его не ждет (у человека, между прочим, сиеста). У шатра стоит Господь в Троице Единый, а рядом Авррам с теленком, и Сарра суетится со свежей выпечкой. Авраам и Сарра лицезреют его своими плотскими очами.
- Бог беседует с человеком нежно, на понятном ему языке (Сарра даже возвращается к привычной для нее иронии)
- Бог дает человеку обетование, которое имеет, с одной стороны, очень личный смысл (обещание долгожданного сына), и, с другой стороны, смысл профетический, пророческий, и даже апокалиптический (великий народ, которому должно произойти от Авраама – это и народ избранный Ветхого Завета, и Церковь, и все спасенные).

Новый Завет – Благая весть о Воплощении Бога, также показывает нам сцены, в которых участникам приоткрывается Тайна бытия Иисуса с Отцом и Духом: это явление Духа Святого при крещении Иисуса в Иордане и Преображение. После Воскресения ученики многократно видят Воскресшего своими плотскими очами – Мария Магдалина беседует с Ним в саду у гроба, Клеопе и его товарищу Господь является по дороге в Эммаус, Петру, Иоанну и компании на Тивериадском море, Фоме – в запертой горнице. Приходит запросто, жарит рыбу и хлеб, утешает, учит и обещает, что всегда будет рядом.

Явления в западноевропейском Средневековье

… были не менее обычным делом, чем явления Господа в Библии. К подвижникам, распространявшим Благую весть в западной части Римской империи и на землях варварских народов чаще всего приходит Сам Христос, Которого они проповедуют. Пожалуй, самая знаменитая встреча произошла с римским военнослужащим из Паннонии Мартином, которому, согласно традиции, Господь явился в облике нищего. Для Мартина эта встреча стала началом обращения и служения Церкви сначала в качестве монаха, а затем — в качестве епископа Турского.

В бенедиктинских обителях на континенте, в кельтских и англосаксонских монастырях Британии явления Господа, ангелов, святых и (еще не святых) усопших братьев и сестер случались настолько часто, что современному человеку это может показаться странным. Впрочем, для средневекового сознания представления о близости мира живых и мира потустороннего, о постоянном присутствии божественного и сверхъестественного в повседневности были очень характерны. Прекрасным примером служит хроника Монтекассино – главной бенедиктинской обители, основанной самим Бенедиктом Нурсийским. Хроника, которую составил на рубеже XI – XII вв. Лев Марсиканский, повествует о деяниях аббатов, императоров, пап и местных князей, о войнах и о росте монастырского хозяйства Посреди этой насыщенной событиями жизни монтекассинским насельникам постоянно кто-то является. Часто к своим братьям приходит сам святой Бенедикт, чтобы защитить правых или вразумить заблудших. Ангелы и святые (особенно связаные с монастырем) помогают защитить монастырскую сокровищницу или останавливают злодеев. Усопшие братья приходят к живым, чтобы предостеречь от ада, рассказать о рае или вовсе пожаловаться на то, что их похоронили не в должном месте. Те, кто видит эти явления, иногда обращаются… а иногда продолжают жить, как ни в чем не бывало. Важно помнить также, что явления и чудеса, творимые местными монастырскими святыми, служили хорошей рекламой, приносили осязаемый доход и укрепляли авторитет общины.

Явления Девы Марии

У истоков марийного благочестия в Западной Европе стоит выдающийся проповедник, духовный учитель и аскет Бернар Клервоский, основатель ордена цистерцианцев. Подлинный сын своей эпохи, великий рыцарь и трубадур Девы Марии, Бернар удостоился одного из самых необычных явлений. Особым поклонением св. Бернар окружал Деву Марию – Утреннюю звезду, молясь ей словами гимна Ave maris Stella. Однажды, обратившись к Ней словами «яви себя Матерью» (monstra Tu esse Matrem), св. Бернар увидел, как стоявшая перед ним статуя ожила, а из груди Марии на его уста пролилось материнское молоко.
Особую часть в истории явлений составляют явления, которые можно было бы назвать «орденскими». Связаны они с основанием и процессом становления монашеских орденов и конгрегаций, начиная с XIII столетия. В них мы видим, как Пресвятая Богородица откликается на нужды конкретных общин с их очень разным способом жизни и духовностью, и учит их благочестивым и молитвенным практикам. Однако очень быстро в «орденском благочестии» раскрывается универсальное измерение: уроки Богородицы с радостью принимаются простыми мирянами.

В 1254 г. Симон Сток, избранный главой ордена кармелитов и занятый основанием новых домов в Англии, взмолился Пречистой Деве, жалуясь на трудности в своем нелегком деле. В ответ на молитву Она не замедлила явиться брату Симону в его же келье, вручив ему коричневый скапуляр, пообещав, что «каждый, кто умрет, нося его, не узнает адского огня». Благочестивое ношение скапуляра (наплечника) как форма посвящения себя Пречистой Деве быстро распространилось не только среди кармелитов, но и среди мирян, являясь осязаемым знаком духовного материнства Марии. Скапуляр, для братьев и сестер кармелитской семьи символизирующий созерцательную духовность ордена, стал популярной формой народного благочестия. Напомню, что фатимским визионерам Пресвятая Дева также явилась с коричневым скапуляром, а Иоанн Павел II еще с юности носил коричневый наплечник.

Не менее активно Матерь Божия заботилась и об ордене доминиканцев в период его становления. Однажды св. Доминик, поздно возвращаясь в монастырь, увидел в дормитории женский силуэт. Какой скандал, женщина в монастыре ночью! Однако тут же он узнал в таинственной даме саму Богородицу, которая благословляла спящих братьев окроплением. В память об этом чудесном посещении в мужских и женских общинах Ордена появился обычай ежевечерней процессии по монастырю с пением антифона «Salve Regina» и окроплением святой водой. Мария, как настоящая женщина, позаботилась и о внешнем виде братьев, показав блаж. Реджинальду Орлеанскому узнаваемый черно-белый хабит.

В другой раз Дева Мария явилась святому Доминику, чтобы вручить ему Розарий: этот сюжет многократно воспроизведен на живописных полотнах. Но значим здесь не сам розарий как предмет, и даже не обучение молитве: молитва на четках, «псалтирь простецов» была известна гораздо раньше. Розарий вручается св. Доминику и его духовным сыновьям и дочерям как поддержка на собственном пути (покаяние, обращение) и как инструмент миссии, средство, благодаря которому нищенствующие братья будут приводить людей к Сыну Марии. Служение розария, особым образом ввереное заботе конкретного ордена, дало свои плоды: эта молитва, развиваясь и совершенствуясь с течением времени, стала воистину универсальной. В Фатиме Богородица вновь призовет читать все тот же старый добрый Розарий, который и в современном мире остается действенным способом приходить ко Христу через Марию.

Подлинник или фальшивка?

Большое количество откровений, о которых сообщали визионеры, постепенно привело Церковь к осознанию того, что для блага и безопасности народа Божия необходим механизм распознания явлений и чудес истинных и ложных. Послания Господа, Девы Марии и святых нужно было отличить от плодов нездорового воображения, ересей или простого желания нажиться на псевдо-святынях. Впервые в церковной истории вопрос об истинности частных откровений рассматривался на Констанцком (1414-1418) и Базельском (1431-1449) соборах: предметом обсуждения были откровения св. Бригитты Шведской, признанные истинными. Надо сказать, что это не было первое обсуждение частных видений иерархами Церкви, достаточно вспомнить процесс Жанны д’Арк. Однако в случае с Жанной предметом разбирательства были не явления сами по себе, а личность и действия обвиняемой.
V Латеранский собор (1512-1517) настаивал на том, чтобы вопросы подлинности чудес, видений и откровений рассматривал исключительно Святейший престол. Однако на Тридентском соборе (1545-1563) ситуация изменилась. Решения 25 сессии собора гласили следующее:

«Не следует признавать новых чудес или новых реликвий, если только сего не признает и не одобрит епископ. Он же, когда получит некоторую достоверную информацию по делу, в совете с теологами и другими благочестивыми мужами, пусть судит по истине и с благочестием». Если же дело окажется слишком сложным, то «пусть ждет решения митрополита и епископов провинции на провинциальном синоде; и все же о вещах новых, не бывших в обыкновении у Церкви, да не будет решения без предварительного совета со святейшим Римским Понтификом».
Епископу, расследовавшему чудо или откровение, следовало установить следующее:
1. Сообщения о произошедшем правдивы.
2. Человек (или группа людей), получивший откровение, психически здоров, честен, искренен, достойного поведения и признает авторитет и учение Церкви.
3. Господь, Богородица и святые не могут допускать в своих посланиях доктринальные ошибки.
4. Содержание откровений согласуется с церковным учением.
5. В деле не замешана денежная или материальная выгода.
6. Плод явления или чуда – здоровые религиозные практики без примеси коллективной истерии, и хорошие духовные плоды.

(Любопытно вспомнить о том, что Дева Мария, по преданию, явилась одному из самых последовательных протагонистов решений Тридентского Собора – святому папе Пию V. В 1571 г., когда в битве при Лепанто объединенный флот христианской Священной лиги встретился с флотом Османской империи, понтифик молился Пречистой Деве. И не он один, ведь на флаге генуэзского адмирала Джованни Андреа Дориа во время битвы развевался штандарт с изображением Матери Божией, явившейся в Гваделупе и уже почитаемой в Испании. По легенде, еще до того, как весть о победе христиан достигла Рима, Пий V распахнул окно и получил свежие новости непосредственно от явишейся ему Марии. Благодаря победе при Лепанто в церковный календарь вошел праздник Девы Марии Розария, а само видение папы Пия, по иронии судьбы, никогда не было подтверждено официально.)

В дальнейшем правила распознания чудес и явлений были еще более детализированы папой Бенедиктом XIV (1740-1758) в пятитомном труде «De Servorum Dei Beatificatione et de Beatorum Canonizatione». Наконец добавлю, что в 1917 г. Кодекс канонического права (кан. 1399) запретил верным публиковать какую-либо информацию о «новых явлениях, откровениях, видениях, пророчествах и чудесах» без одобрения местного ординария. Папа Павел VI в 1966 г. расширил это требование, постановив, что любые сообщения о подобных явлениях в медиа должны предварительно получить церковное одобрения. Поэтому, дорогие читатели если вам вдруг ненароком явится ангел или святой, не спешите рассказывать об этом в фейсбуке.

XIX век – век явлений

В этом юбилейном году внимание верующих вполне объяснимо будет приковано к явлениям Богородицы в Фатиме. Однако фатимские явления завершают длинную череду частных откровений, благодаря которым XIX столетие в Европе иногда называют «веком явлений».

В 1830 г. в Париже Богородица является сестре Катерине Лябуре в церкви на Рю де Бак и велит ей отчеканить чудотворный медальон c изображением Девы Марии.
В 1842 г. в Риме Богородица является банкиру Альфонсу Ратисбонну, носившему в кармане чудотворный медальон.
В 1846 г. в городке Ла Салетт во французских Альпах Дева Мария Скорбящая является двум подросткам-пастушкам — 11-летнему Максимину Жиро и 14-летней Мелани Кальва.
В 1850 г. в Польше в деревне Лихень Дева Мария является пастуху Миколаю Сикатке; ранее, в 1815 г. в той же Лихени солдат наполеоновской армии Томаш Клоссовски чудесным образом обретает икону Богородицы.
В 1858 г. в Лурде Дева Мария является Бернадетте Субиру со словами «Я – Непорочное Зачатие».
В 1871 г. Богородица является в Понтмен братьям Жозефу и Эжену Барбадеттам (10 и 12 лет)
В 1879 г. 15 человек видели явление Богородицы и святого Иосифа в ирландском городе Нок.

Помимо перечисленных выше явлений, на местах которых возникли настоящие центры паломничества, были и многие другие; некоторые были признаны Церковью, некоторые нет. Пресвятая Дева как и прежде учит людей молитве, появляясь с розарием или распятием в руках. Но если в Средневековье Она является людям с высоким социальным статусом, к мнению которых прислушаются, то теперь приходит чаще всего к детям, подросткам и очень простым людям. Возможно, потому что их умы еще свободны от пропаганды и идеологии, столь характерной для современного мира? Но важно и другое: явления Богородицы – ответ на насущные проблемы наций и регионов: кризис церковной жизни, голод, войны… Мария приходит и утешает в конкретных условиях и обстоятельствах, используя привычные, очень традиционные формы благочестия. Ничего нового и ничего сенсационного. Мария – да и все другие святые – являются людям с одной и неизменной целью: привести нас ко Христу. Почитание явлений не является самоцелью, они – лишь средство. Матерь Божия Фатимская, Матерь Божия Ченстоховская, Матерь Божия Парижская по прозвищу Нотр-Дам-де Пари, Матерь Божия Остробрамская, и даже Матерь Божия Гваделупская – не разные персоны, требующие особых форм поклонения себе, а все та же единственная кроткая Мария. Со времен брака в Кане Галилейской Ее послание, по сути, одно: «что Он скажет вам, то и сделайте».

Анастасия Паламарчук

Gaudete.ru
Tags: Библия, Богородица, ККЦ, Фатима, история, религия, религпросвет, статьи, цитаты, явления Богородицы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments